Десятка историй

Вы никогда не задумывались, как мало нужно, чтобы поднять настроение себе, да и постороннему человеку?

Заправщик на бензоколонке. Не всегда, но мелочь после заправки протягиваю, вроде как знак благодарности. А тут налички вообще нет. Смотрю, в машине несколько конфет лежит, остались после поездки с ребенком. В общем после заправки протягиваю конфету и говорю: извиняй, мелочи нет. Получаю широкую улыбку с ответом: ништяк, это даже лучше!

Так что иногда простое человеческое тепло ценнее любых денег.

Послание.

«Идите, пока хватит сил. Ибо пока человек в пути, есть у него надежда».
Моя жизнь — прекрасная иллюстрация к этой цитате из фильма « Письма мёртвого человека»… я бреду по моей жизни, покрытый рубцами и шрамами потерь, поражений, ошибок, под изнуряющим гнётом моего профессионального долга, ответственности за здоровье и жизнь доверяющих мне пациентов и коллег… рутина не оставляет места ни для удивления, ни для радости бытия… старый израненный самурай, с единственной опорой, моим личным кодексом бушидо…
Обычно я оставляю свою субклиническую депрессию за воротами госпиталя — пациенты видят меня добрым и весёлым, уверенным в своём ремесле, сыпящим шутками. Короче: я функционален и эффективен.
Не в то утро: спал плохо, тревожные сны, мои покойные родители и жена снились, что-то пытались сказать… суставы ломят, мышцы ноют…
Однако — шоу тайм! Двойной эспрессо, горячий душ, попрощался с собаками и затемно поехал в свой госпиталь.
И, как назло, — непростая пациентка, на сложную операцию, с двумя эпизодами паники и отказами от операции в прошлом.
Сыпет вопросами, пытается найти причину для ещё одного отказа — медсёстры даже переодеть её не могут, паническая атака в полном разгаре.
Мнда, мрак, именно это мне сегодня и надо… но, встрепенувшись, как старая боевая лошадь при звуках боевого оркестра, я повторяю свою старую мантру времён « Скорой» — « Бригада, на выход! Работаем!»
Хватаю успокаивающие таблетки и прошу пациентку взять их под язык, она немного успокаивается и позволяет поставить венку. Бинго!
Более быстрый и мощный препарат уходит в победный прорыв и она позволяет поменять одежду, постепенно успокаиваясь. К счастью, все бумаги были подписаны заранее — иначе успокаивающие давать нельзя, бумаги не признаются легитимными.
И — мы готовы к поездке в операционную, аллилуйя!!
Но нет, она просит привести её детей, попрощаться и благословить.
Заходят дети — почти уже взрослые, с маленьким младшим братом.
И он сразу же привлёк моё внимание — явное отклонение от нормы, умственное отставание, большие уши Чебурашки, большие широко посаженные глаза…
Но то, что ему недоставало по интеллекту — он с лихвой компенсировал харизмой, явно являясь душой семьи.
И любимцем своих братьев и сестёр.
Тут же полез к маме обниматься, ласково улыбаясь, лучезарный такой пацанчик — аж в палате стало светлее!
Однако, пора.
А можно я маму ещё раз поцелую?
Можно.
А тётю? Целует мою медсестру.
А другую тётю? Целует санитарку.
А дедушку?
Меня?!?!
Нет, пациенты меня целовали, было дело — но их дети?!?
Ладно, целуй.
Поцеловал, выбрал место над бородой, под глазом — и поцеловал!
И обнял.
Ушли.
А мы поехали в операционную, наощупь.
Старый суровый хрыч-самурай — прослезился стариковской скупой слезой, хорошо хоть, что медсестра рулила, я только толкал.
А при входе в операционную я отлучился — сполоснуть морду холодной водой, повторить свою мантру и прийти в свою боевую форму — негласное обещание мальчику вернуть его маму живой и здоровой надо было исполнять!
Всё прошло штатно, мы удачно и уверенно приземлились в пробудительной палате, я пошёл к семье с отчётом, поехал домой.
Еду и думаю — а ведь мальчик был послан мне с вестью — у жизни ещё есть свои сюрпризы, Творцу неугодны уныние, выше голову и… спасибо за благую весть и что я дожил до самого важного поцелуя в моей жизни!

Bpач-стоматолог стоит позади кресла пациента (меня) и обсуждает с ассистентом ЧУЖОЙ снимок. Ой, а посмотри, тут киста, а тут вообще надо оба зуба удалять, они никакие. У меня, у которой ничего не болит, которая вообще на гигиену пришла и контроль, проносится жизнь перед глазами. Хорошо хоть догадалась спросить: У МЕНЯ?!! И милый доктор с улыбкой говорит, что нет, это не про вас речь, тут, понимаете, срочно...
Вот спасиба-та!

Bозила сына к дантисту. В соседний кабинет пригласили двух братьев китайцев. Первого позвали Джордж, а второго Лукас. A я сразу обернулась, интересно было на папашу посмотреть.

Когда я учился в Университете, у меня была музыкальная группа. В группе играли два друга детства — Дима и Вася. Однажды с Димой мы крепко поругались, и я его убрал из группы. Вася тут же позвонил мне и скaзал, что раз Дима не играет больше, то и он уходит.
Через два дня мы с Димой остыли, встретились, всё обсудили, и он вернулся в группу. Вечером мне позвонил Вася и сказал, что в таком случае тоже хотел бы вернуться, но получил отказ, на который смертельно обиделся.
Состав играл ещё несколько лет, но на моё удивление Дима ни разу не вспомнил о друге детства Васе. Не предложил его вернуть в группу, даже не заговорил о нём.
Мораль: представление о дружбе у всех очень разное.

Leonid Smekhov

Kогда мы сдавали зачёт по патанатомии, это было перед новым 2016 годом, мы сидели все измученные и время уже девятый час вечера. Преподаватель сказал:
- Поставлю зачёт тому, кто скажет, от чего умер доктор Дымов!
Так молниеносно я ещё никогда в своей жизни зачёт не получала. Правда, я была на 4 года старше всех моих однокурсников, это был единственный раз когда разница в возрасте мне помогла.

Heдaвно купила новую симку. Пишет мне девушка в ватсап, примерно такой диалог:
Она: Откуда у вас моя симка?
Я: Купила в офисе такого-то оператора
Она: а почему вам дали мою симку?
Я: откуда я знаю? Наверное, номер был свободен, вот и продали. Может быть, вы долго не оплачивали связь или не пользовались ею.
Она: И что теперь?
Я: Xз
Она: Может вам и мою личную жизнь вместе с симкой продали и все мои переписки?

Когда мой ребёнок был маленьким и ему попадал в руки мой телефон, он звонил адвокату. Ночью, перед сном. Утром я объясняла адвокату, что у меня всё хорошо. Так постепенно контакты на букву А на всякий случай перемещались в конец списка: ЫАдвокат, ЫАкушерка и пр.

Они просто выставляли нас за дверь в районе девяти утра. Из снаряжения выдавали только ключ на резинке (который душил при беге) и кусок хлеба, посыпанный сахаром. Если повезет — намоченный водой. Всё. Никаких трекеров, никаких смартфонов. Из напутствий — только сухое: "До 10 чтоб дома был".

Мы выживали как могли. Ориентировались по мху на березах и длине теней от качелей. Время обеда определяли по характерному звуку падающего пьяного соседа у гаража. Если кто-то ломал руку, в ход шла передовая тактическая медицина — слюни и подорожник. Нам приходилось пить воду прямо из-под крана на улице. Иногда — из шланга, которым поливали клумбы. И, поверьте, это была элитная фильтрация.

Самое страшное начиналось в районе девяти вечера. Наступало время "Голодных игр", когда мамы с балконов начинали истошно кричать наши имена. Ошибиться было нельзя: если ты не услышал свой позывной с третьего раза, санкции были жестче, чем любые международные трибуналы. Часов ни у кого не было, но внутренний навигатор безошибочно подсказывал: если у подъезда зажглись фонари — тебе крышка.

B cвоё время я набила две татухи. Хоть уже была не нимфетка, но спросила разрешения у мамы. Тату обещалось на пару месяцев, временное. В салон мы пришли с родительницей, к одному мастеру универсалу, она на ресницы, Я на тату. 20 раз спросили мастерицу, тату точно сойдёт? она, глубоко беременная дама, клятвенно заверяла, что и следа не останется. В итоге, мамины ресницы осыпались через неделю, а мои тату въелись намертво. И так я стала маргинальным изгоем в семье. Живу в Мухосранске, где никто не может вывести эти художества. Как доберусь до цивилизации, удалю.